Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:09 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Сегодня в нашем эфире - новости из Ленинградского зоопарка, в котором я последний раз была пятнадцать лет назад, вышла, скорбя, и больше не заходила.

1. Гиббон. Белорукий гиббон. Пока другие гиббоны бессмысленно носились по вольеру, цепляясь за все попало ручищами и развлекая народ, этот даосский монах невозмутимо сидел посередине, сложив руки накрест на коленях и всем своим видом выражая фейспалм. По-моему, фейспалм ему просто мешали сделать слишком длинные руки.
Я расписываюсь в любви к гиббону.

2. Ягуарята, рождению которых все так радовались зимой. Рыженькая и черненькая, Инка и Кими. Которые счастливо грохотали на весь зал непредусмотрительно оставленной на растерзание жестяной миской и вообще вели себя как все уважающие себя котята. У черненького просвечивают ягуаровые пятна, и это прекрасно.

3. Северные олени. На северных оленей можно смотреть вечно - вокруг тебя автоматически образовывается тундра, ветер, простор и северное море на грани зрения.

4. Черные тараканы красавцы, грация ползущей змеи восхитительна, хамелеоны неожиданно быстро меняют цвет, в детском зоопарке можно чесать козочек, игрунки живут не в вольере, а на территории всего обезьянника для мелких обезьян, на пластику двигающегося жирафа тоже можно смотреть бесконечно. (Но на северных оленей бесконечнее).

5. И, наконец, покорившие сегодня мое сердце огромные серые рыбы. Понятия не имею, что за рыбы, их аквариум вмонтирован прямо в пол и в основном все смотрят на них сверху. Но можно сесть на пол и смотреть, как мимо тебя, одна за другой, очень медленно и гипнотически проплывают здоровенные рыбы.
Восхитительно.

В целом наш зоопарк так же удручающ (тем более после новосибирского), но самая красивая осень, Петроградка, вьющиеся по небу облака, "Больше кофе" (как без нее) и трамвайчики.

Ребенка сводили в зоопарк, ребенок счастлив.

15:27 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
В штормливые ночи рыбак берет керосиновую лампу и идет к морю - вылавливать детей, которых прибивает к берегу. Взрослых к берегу не прибивает, доплывают уже детьми.

Дети, выловленные из моря - холодные, соленые и серебристые, как рыбы.

Жена рыбака растапливает огонь и укладывает их в печь. В доме начинает пахнуть прелыми листьями, страхами, невыполненными обещаниями и лишними мыслями. Все уходит в печную трубу, что не успело - в окна, что ускользнуло - ловят коты.

Утром румяных детей достают из печки и окунают в трех водах - речной, морской и колодезной. Потом развешивают сушиться на ветру. Ветер не выберешь - какой придет, тот и высушит.
За день дети становятся разноцветными, как лоскутные одеяла. В доме рыбака пекут блины и едят их с медом. В море в этот день не выходят.

Вечером из леса приходит каурая лошадь без подков. Обнюхивает детей, трется холкой о спины. Рыбак ее не ловит - умный не будет ковать каурую лошадь.

Ночью детей раскладывают под звездами. Их забирают чайки и уносят на хутора.
Некоторых детей съедают волки.
Может, дети ненастоящие, может, волки голодные. Никто не знает.

@темы: игры в литературу, морские дети

20:03 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Восторг - когда чувствуешь отчаянное бессилие своей мысли перед мыслью человека, который говорит с тобой.
Восторг - потому что в этот момент рождается интерес.
Как он это делает? Какой это прием мышления? Почему ты сама не додумалась до этого? А как могла бы додуматься? Какую цепочку не выстроила? Почему? А попробую аналогичное?

Начинаешь, барахтаясь и оскальзываясь, выворачиваться из панциря, пытаться выкарабкаться из кристаллической решетки привычных, натоптанных, автоматических логических цепочек.

Получится один раз из десятка.
Но здесь - восторг.

15:38 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Вдогонку - все федеральные и петербургские журналисты, которые приехали в Псков, в глубоком шоке.
А местные спокойно говорят: да ну что вы, у нас гораздо хуже бывает.

14:44 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Извините, политика.
Я предупредила.

За год я успела посмотреть на многое. На безумные, абсурднейшие судебные процессы по "иностранным агентам". На ФСБ, которое вламывается на англо-американский семинар по расследовательской журналистике и задерживает лекторов. На то, как организуется и осуществляется травля госсми и "лояльными". На то, как принимаются чудовищные законы.
Посмотреть - в смысле, вживую, глазами на всех этих людей, в физическом воплощении и реальном времени, увидеть до мелочей, как.
Привыкнуть к этому нельзя, но это можно научиться воспринимать, как данность.

Сегодня, слушая, как псковское областное собрание обсуждает лишение Шлосберга мандата, я рыдала.
Нет, все были уверены, что его лишат. Ни у кого из нас не было иллюзий на этот счет.

Но, боже, такой дичи, такой травли, такой концентрации ненависти и тупости, такой самодовольной, уверенной лжи, такого беззастенчивого передергивания, такого... всего.
Я в ужасе.

То есть, должны же быть границы какие-то.
То есть
Нет, я все понимаю, мне просто надо было выговориться.
Какой мрак.
Какой мрак.

20:35 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
И раньше догадывалась, а теперь визирую - в Таллин нужно приезжать осенью, во второй половине сентября, на буднях, когда толпы туристов истаивают, но город - скорее по инерции - еще украшают цветами и мягко светящимися бумажными шарами. Еще можно подняться на Олевисте, еще открыты домики в Роко дель Маре для таких же беззаветно влюбленных в дерево, прошлое и простоту, и пока еще ходит - уже только половину недели и тогда-то по разу в день - кораблик до Аэгны. Пока в море еще можно окунаться самым отчаянным - и сидеть потом босиком и в одной юбке с майкой на песке дюн, поражаясь тому, как, оказывается, тепло. Но уже носить в термосе горячий чай со специями или местный глег с Vana Tallin, собственноручно приготовленный с утра на плите с видом на красные крыши старого города.

Запахивать местную шерстяную шаль, набирать полные карманы каштанов, обхватывать оранжевую кружку, смотреть на медуз в гавани, мешать в плеере Флойдов с Kate Rusby и перечитывать "Ветры, ангелы и люди".

Хотя, возможно, осень - лучшее время любого города.

12:18 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Вернулась из Таллина, привезла с собой остатки фирменного миндаля в пряностях, струящиеся линии дюн песчаной косы Аэгны, развернутой к открытому морю, и неожиданный букетик крошечных сказок, которые мне не менее неожиданно очень нравятся.
Очень давно так легко не писалось.

Вероятно, в ближайшее время здесь оживится.
Оставайтесь на связи и доброго дня, конечно же.

00:49 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Эта суббота отпустила восвояси мое привычное суеверие - если мир мешает что-то сделать, я обычно этого не делаю.

Утром в субботу последовательно случилось почти все, что могло помешать мне уехать на Вуоксу на эко-акцию. Это были даже не классические три препятствия - сколько раз события нелепейшим образом усердно играли против, шесть? Но уверенность в том, что я совершенно точно хочу добраться, неважно, через какое количество приключений и времени, была настолько железна, что я не развернулась со спокойным "ну, не судьба", а сделала все возможное и немножечко невозможного, чтобы в конце-концов зарываться рукой в прохладную воду огромного озера с летящей моторной лодки.
И все было удивительно хорошо, в тысячу раз лучше, чем должно было быть.

Это как кидать монетку на орла-решку, догадываюсь я. Кидаешь ведь не затем, чтобы получить ответ, а чтобы понять, что тебе на самом деле нужно.
Так и с этим сопротивлением. Если ты не делаешь зла, не поступаешь нехорошо и хочешь туда - иди.
Это не значит ломиться куда попало, потому что так в голову взбрело. Это значит не перестраховываться от ошибки - потому что ошибок нет.

Это все, конечно, от нелепой мысли, которую вкладывают в наши головы - есть один наилучший путь прожить свою жизнь, и надо обязательно не ошибиться. Я мал и глуп, и я чаще предоставляю мирозданию направлять меня, веря, что миру виднее (я до смешного уверена в таких штуках) - потому что я часто боюсь ошибиться. И, в принципе, мироздание еще ни разу не подводило.
Но когда-нибудь догадываешься, что все пути одинаково хороши - только не ври себе.

Я всегда боялась ошибиться, на самом деле.
Но, похоже, это все как в моих любимых играх: неправильного выбора просто нет.

Я сворачиваюсь на ладонях у мироздания и не боюсь.

13:17 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
В моих прекрасных выходных были, например, гонки на бетономешалке за автобусом или готовка ужина в девять вечера на темной платформе в Мюллюпельто на газовой горелке и втором огне от маленького костра в кастрюльке за час до прибытия электрички.

Где-то в голове уже гуляю по Таллину - билеты на пятницу лежат в рюкзаке.

В четверг танцую у Миши. Снова возвращается в мое расписание вокал. И планов на разные слова становится больше.

Не знаешь, с какого места начинать - начинай с любого.

Хорошего понедельника, что ли)

00:47 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Ну что еще было?

Вот мама притаскивает в комнату здоровый белоснежно-красный букет (в листьях бадана!) с утра и заговорчески сообщает, что подарок будет позже.

Девятнадцать лет, Воннегут - "Смысл человеческой жизни — только в том, чтобы любить тех, кто рядом с тобой, кто нуждается в твоей любви".

Вот я валяюсь в кровати бесконечно, часами, как никогда не валялась (господи, как же я устала-то, что столько валяюсь, думаю).

Двадцать один год. Аквариум - "Да мы ж из серебра-золота, что с нами станется".

Вот - спускаю велосипед с обрыва на канонерке, раскладываю на песке пенку, достаю любимый шерстяной плед и термос чая с виски и специями. И долго-долго смотрю на раскинутый залив, в мое море, на проплывающие баржи на пляже, который сейчас никому, кроме меня, не нужен.

Двадцать лет. Светлакова - "Мы сидим здесь, в аудитории, и ля-ля-ля. В то время, как кто-то варит железо, ведет "Сапсан" в Москву... И за эту внутреннюю свободу созерцания мы несем огромную нравственную ответственность"

Вот - родители дарят мельницу, которая приехала прямо из Ла-Манчи, еще не до конца собранную - крошечные кирпичики, тоненькие реечки для крыльев, еще не разрезанный шпон для крыши. Отец тайком собирал ее трое суток и все равно не успел. И деревянный ящичек с инструментами для мелкой работы по дереву.

Двадцать три года. Хёг - "Это такой способ жить, когда смерть все время рядом, и тем не менее всегда много сил, энергии и сострадания".

Вот - сижу вечером тихонечко у Кары с Графом на подоконнике, говорю негромко, как вдруг - звонок в дверь, а там внезапно мои дорогие и торт с зажженными свечами. И говорить, и смеяться, и гитара, и кальян, и любить очень сильно.

Семнадцать лет. ДДТ - "Храни меня среди огня, мой светлый звук - тебе, мой друг. Ты кормишь хлеб, ты веришь в соль, и легок крест, и прост пароль. И если даже я на дне, любовь, подумай обо мне.

Вот - на гранитном спуске недалеко от Спортивной мы с любимыми коллегами свешиваемся к самой Неве, и, один за другим, плывет по темной ночной воде белоснежная флотилия бумажных корабликов с пожеланиями.

Школа. Бредбери. – Том! – И тише: – Том… Как по-твоему, все люди знают… знают, что они… живые?
– Ясно, знают! А ты как думал?
– Хорошо бы так, – прошептал Дуглас. – Хорошо бы все знали."


Мне двадцать пять, мне кажется, что знаю, чего я хочу, вокруг меня удивительные люди, я немного умею делать слова, мне не страшно, я начинаю утро с экзерсиса и контрастного душа, я неплохо держусь в седле на самом норовистом жеребце.

Мне двадцать пять, местами я невероятная дура, я очень многого не умею, я неустанно бегаю в своей жизни по таким хлипким мостикам, что, кажется, гравитация подыгрывает мне, раз я все еще держусь на своей высоте.

Мне двадцать пять и я умею слышать свой камертон. Вокруг него можно строить что угодно.

я пришёл к старику берберу, что худ и сед,
разрешить вопросы, которыми я терзаем.
"я гляжу, мой сын, сквозь тебя бьет горячий свет,
-так вот ты ему не хозяин.

бойся мутной воды и наград за свои труды,
будь защитником розе, голубю и - дракону.
видишь, люди вокруг тебя громоздят ады,
-покажи им, что может быть по-другому.

помни, что ни чужой войны, ни дурной молвы,
ни злой немочи, ненасытной, будто волчица
-ничего страшнее тюрьмы твоей головы
никогда с тобой не случится

00:30 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Ты придумываешь историю. Персонажей, которые живут в ней. И несколько лет ты ходишь с этими персонажами и с этой историей в голове. Она обрастает другими тоненькими ниточками-историями, шире и шире, хотя ты не записываешь почти ничего из придуманного. Ты сживаешься с этими персонажами, привыкаешь к нам, они незаметно становятся частью твоей повседневности.
А потом ты взаправду встречаешься с ними.

Мои друзья придумали для меня не приключение - мои друзья придумали для меня чудо.

Вчера я разгадывала загадки, придумывала истории и бегала по городу, встречаясь с самыми взаправдашними жителями моего Маяка.
Тетушка Сольвейг - Рожик.
Инга - Полиночка.
Февраль - Скальд.
Кошка - Соня.
Сахарница - Кара.
И, конечно, мистер Д., сотрудник Ведомства разделенных миров - Рос и Смотритель маяков Томас из рассказа Рос - Аланкун.

"Иногда вещи нужно знать. А иногда - забывать".

"И тогда рыбы стучат об лед - получается очень красиво. Полосы от коньков как нотный стан и рыбы-ноты". "А вы не пробовали записать мелодию?". "Нет! Вы что, это же несерьезное занятие! ... На самом деле пробовал. Очень красиво".

Я не знаю, как объяснить это - когда ты говоришь с существом, которое придумал сам. Спрашиваешь и рассказываешь, и понимаешь его все лучше, и видишь все яснее, и веришь в себя все больше. Как рассказывала Февралю про Петербург. Как спрашивала у Сахарницы, откуда она. Как следила за неспешностью Кошки. Как робела перед Тетушкой Сольвейг, и все равно тянулась к ее бесконечному и спокойному теплу. Как разгадывала ноты на ладонях у Инги.
И, конечно, как писала дарственную Петербургу - короткое вступление между нотными станами Грига и письмо, в котором точно знала, каким должно быть каждое слово.

"Только ноги не промочи".

"Чай - он специально чтобы успокаиваться. Его для этого китайцы и придумали - жили, а вокруг варвары, варвары, все пытаются нападать, страшно же. Поэтому они придумали чай. А потом - порох".

Иногда мне было ужасно жаль, что не было с собой фотоаппарата. Хотя, наверное, так лучше.
Не знаю, как они все умудрились так попасть в образы из моей голове, о которых я почти ничего и н рассказывала никому.
Очень хочу запомнить - Денис, который сидит на солнце на гранитном выступе моста Ломоносова, скрестив ноги.
Морковные колготки Инги и разрисованные руки. Оранжевый шарф Тетушки Сольвейг в темных локонах и оладьи в траве. Пугливо выглядывающий на улицу Февраль с разметавшимися по черному пальто черным волосами. Сахарница, которая протягивает шляпу с сахаром, сидя на пледах на крыше. Кошка с керосиновой лампой в пустом и звучащем холле Витебского вокзала. И, конечно, Томас в полумраке под зонтиком Оле-Лукойе и с длинной-длинной трубкой.

Те, кого ты выдумал, кто зажил своей жизнью сначала в твоей голове, а потом и так вот, и за кого ты в ответе.

Полумрак и свеча по кругу, и каждый из них говорит прежде, чем зажжется керосиновая лампа и они отправятся домой, на Маяк.
Когда свеча доходит до моих ладоней, я уже почти не могу говорить.
Я периодически плачу от счастья, любви и благодарности. Бывает такое. Но я не помню, чтобы я когда-нибудь от этого всего так рыдала.

И комната-маяк.

Мне кажется, ничего в этой жизни не сможет быть круче, чем эта история, которую я сама, взаправду пережила с моими любимыми созданиями.

"Теперь мне придется написать все-таки эту книгу, - смеюсь я. - Хотя бы ради страницы с благодарностями". А бонусом - эта история, как Петербург утащил к себе Маяк с его обитателями, и автору пришлось с их помощью всех вызволять.
В этот момент я верю, что не шучу.
Как бы там ни вышло, а Тетушка Сольвейг - Рожик, Инга - Полиночка, Февраль - Скальд, Кошка - Соня, Сахарница - Кара, мистер Д. - Рос и Смотритель Оле-Лукойе Томас - Аланкун (хотя на самом деле Лодчник, конечно), еще плотнее угнездились теплом на маяке в моей голове.
И северное море вокруг, конечно же.

Сказать, что я люблю, благодарна и счастлива - ничего не сказать.

@темы: Пока горит огонь на маяке

01:51 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
По-прежнему пока не готова писать про деньрожденческие штуки.

Несколько дней назад утром случайно встречаемся с Рос ровно посередине Благовещенского моста - она едет с Васьки на учебу, я - на Ваську на работу. Останавливаемся колесо в колесо и одновременно снимаем наушники. Какое начало дня может быть лучше.
__________

У меня наконец-то будет второй корреспондент - а, значит, я еще задерживаюсь в любимой редакции. Мой разговор по этому поводу с главным редактором я должна оставить здесь, на долгую и светлую.

[04.09.2015 18:13:41] Наталья : был небольшой бой. мы его выстояли.
[04.09.2015 18:13:54] Кэти: ^________________________^
[04.09.2015 18:13:55] Наталья : а знаешь почему?
[04.09.2015 18:14:02] Кэти: Потому что ты пума?
[04.09.2015 18:14:05] Наталья : да
[04.09.2015 18:14:11] Наталья : и потому что у пумы крутой котенок
[04.09.2015 18:14:18] Наталья : рррррррррррррр
[04.09.2015 18:14:31] Кэти: мррррррр
[04.09.2015 18:15:08] Кэти: Пойдем я тебя обниму
_______________________

Довольно забавно - моя коллега, с которой мы не особенно много пересекаемся, но работаем в одной редакции уже год, говорит: "Я не люблю мимимишность, но ты первый человек в моей жизни, у кого она настолько естественна и по-настоящему мила".
А люди, которые близко знают меня много лет, пишут: "Ты единственная из моих друзей, кого я легко могу представить во главе армии", или "тех, кто тебе близок, ты будешь защищать, словно воин".

Выходим из Диво-острова, нас зазывают в развлекательный тир. "Настреляете девушке на мягкую игрушку" - аргументирует мальчик. "Девушка из боевого стреляет", - фыркает Бачер, пока я стараюсь не засмеяться.

Все хорошо. Как всегда, сентябрь - это очень новый год.

23:10 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Когда-нибудь, вероятно, я про все напишу, но пока я просто полна любви к моим чудесным друзьям, чудесным родителям и чудесной редакции.

18 бумажных корабликов, мельница из Ла-Манчи, набор для мелкой резьбы по дереву, внезапный торт и маяк.
И люди, у которых хорошо.
И с которыми хорошо.

00:32 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Три месяца ушат холодной воды, которые обрушивались на меня с утра, залакировали ледяные озера и реки высокогорья, и с ощущениями холода все стало непривычно. В +15 хожу в платьях, которые не надевала, если на улице ниже +20, в +11 в них же катаюсь на роликах, да и пешком тоже хожу, правда, через полчаса накидываю сверху кофту.
Тело при этом, кажется, не стало остывать медленнее (здравствуй, пониженное давление), но теперь организм воспринимает все, как должное.
______________________

Поздно вечером едем с Лиром и Карой - они на скейтах, я на роликах, луна здоровенная, тепло и весело, лето уже почти переламывается осенью, асфальт теплый и шершавый. И да, остро-остро - это непривычное чувство, когда знаешь не только, "как", но и "что". Которое с каждой неделей и с каждым месяцем только укрепляется сильнее. Никогда бы не подумала, что благодарная послушность событиям, которые случаются со мной, когда-нибудь выплеснет волной на такой крепкий берег.
______________________

Скальд радует бесконечно, как все те замечательные люди, которые решаются на то, чтобы делать. Даже не так важно, что.
Каждый - дороже платины.
______________________

- Вот поэтому я и не женюсь, - говорит Граф.
- Нет, стой, женись, пусть твоя жена готовит нам и убирается, - вставляет Кара.
- А мы ее кормить будем.
- Тогда женись на мне, - смеюсь я.
- Подожди, а зачем тогда жениться?
- Чтобы было документальное подтверждение права
- Правильно, почему мы общую Кэтичку себе забрали.

Так и живем.

19:16 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Вот это - Кэтичка работает на мероприятии.

тык

А вот это - Кэтичка работает в редакции.

тык

Мне больше нечего сказать.

11:56 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Про работу и коллег.

"Ну хотя да, иногда очень хочется наорать на спикера, - говорю. - Даже я иногда ругаюсь, но очень редко. Не помню, с кем последний раз было, с хххх (замминистра)?"
"С хххх (гендиректор холдинга)", - поправляет редактор.
"Ага. Когда ты ругаешься, вся редакция перестает работать и замирает, - замечает Света. - Пронесет - не пронесет, уф, положила трубку, пронесло".

Вообще, дом - он там, где люди, конечно. Так что в большей степени дом сейчас в редакции. Ну и отчасти дома у моих дорогих друзей.

А еще я возвращаюсь в редакцию, а на моем компьютере - кот. Вот такой.

А на записке написано: "Хорошая новость для кота".
Под ней - другой лист: "Здесь вам не Ленобласть"
Потому что я жаловалась на областную журналистику почти все время, пока была на фестивале.


Какие отличные, слов нет.

20:50 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Ничего конструктивного.

Двое суток пробыла в Рощино, почти все время проработала, но работать в карельских соснах всегда приятнее, чем в любом другом месте.

Плавала ночью в пруду, урывками бегала в лес и собирала чернику, делала утренний экзерсис на балконе с видом на лес, работала в гамаке под звездами.
На самом деле, даже эти крошечки искупают вообще все.

_____

Арши летает низко, стелется по макушкам трав, путает теплое с быстрым.
Когда Арши касается щиколотки - человек не заметит, зверь встрепенется, ветер развернется вспять.
Потом целый день ходишь неприкаянный, как будто в чан с небом опрокинули. Думаешь ровно, не боишься смерти, ешь холодное.
Арши любит порядок.

@темы: игры в литературу

00:07 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
В воскресенье дохожу до Кары и Графа - а они просто с порога приводят меня в состояние комочка любви. "У нас там подоконник обустроен, и на нем не хватает кота", - говорит мне Граф и отправляет в комнату. А там правда подоконник в мягких одеялах, подушка, заварен зеленый чай и стоит моя кружка. И фазеровскую булочку выдают. Все, как я люблю, в общем.
Ощущение, что ты пришел туда, где тебя ждали. Сразу кажется, что, может, не такой уж ты и дурак бесполезный)
Такие чудесные.

Или вот вечером - иду знакомить моего дорогого буддиста со Скальдом, забираю с собой Кару (возвращалась, чтобы посмотреть полнометражку поней), Кара со скейтом - скейт отличный, когда ловлю равновесие, вообще не хочется слезать. Может, себе тоже заведу - уж больно славный зверь.

А главное - вечером, прошу Скальда поиграть, и вдруг так славно спеваемся (последний раз вместе мы пели еще до того, как я снова стала заниматься вокалом), и даже начинаю петь в октаву, а где-то расходимся двуголосием.
Так хорошо обоим, что Скальд, наконец, начинает просто импровизировать, а я подхватываю голосом нараспев и веду какую-то вторую линию, мелодии преплетаются, плывут, и так хорошо и свободно.

А немногим ранее Аланкун готовит вкуснецкие драники.

"Мы с тобой сегодня в моем сне сидели в горах и молчали", - пишет мне брат.

Я по-прежнему понятия не имею, чем заслужила (а скорее уж - каким авансом) даны мне все эти люди.
"Сохрани, господь, всех тех, кто в сердце моем укрыться успели - а точнее, пронеси их хаос мимо камней", вот это все. Хочется взять всех в ладони и нести бесконечно.

23:44 

Вишлист)

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Я помню, как я каждый раз благодарна тем людям, которые пишут вишлисты (потому что наталкивает на идеи), поэтому он в этом году будет. Хотя, как обычно, ничего не дарить - тоже нормально. Подарить открытку или просто листик с парой слов от руки - тем более.


Главных пунктов здесь два первых, конечно)

1. Это традиционно и неизменно - ваша любима книга. Или книга, которая много для вас значит. Может, вам кажется, что она мне не понравится - это неважно. Это подарок вообще не про это.
Одно из самых моих любимых - "Степной волк" Гессе, который мне подарила Рос. Я не понимаю в нем ни слова, потому что он на немецком, но он зачитанный, старый и с многочисленными пометками на полях. Сокрооовище.

2. Приключение. Приключения бывают всякие. От всяческого экшена до прогулки в керамическую мастерскую или странный дворик. Даже знакомство с человеком бывает приключением. Приключения я люблю всегда.
Это поважнее всяких вещей будет, ясное дело)

3. Ну и, ясное дело, какая-то штука, которую вы почему-то решили мне сделать. Или какая-нибудь херня, которую вы увидели и решили, что вот она прямо для меня.

А еще открытки. Я по-прежнему бесконечно люблю открытки.

В принципе в эти три пункта вмещается все важное. Дальше - всякая ерунда.

она самая

13:19 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
- Правда же, ты никогда такой вкусной дыни не ела?
- Мммм, не могу этого сказать.
- ???
- Ну я же не помню вкус всех дынь, которые ела в жизни, не могу их объективно сравнить и не имею права утверждать такое. Вероятно, это эффект... Подождите. Вы имеете в виду не это.
- Просто скажи, что дыня вкусная!

Родители приехали, а я отвыкла)

Отец показал маме "Догму" и "Автостопом по галактике". Мама в восторге.
Люблю своих родителей ^^

Благоприятные приметы для охоты на какомицли

главная