• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
02:23 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Пройдя по опустевшему к ночи богемному Новому свету (что-то на чешском играют в маленьком театре под открытым небом, в маленькой кофейне пусто, отлично и не хочется никуда уходить), мы с Полиной поднимаемся на холм, смотреть на темнеющий город.

Когда-то тогда я думаю, что надо бы снять здесь комнату на месяц. Например, октябрь. Например, через год. Прикидываем примерно затраты, я думаю, как бы проводила этот месяц. То есть, как скорее проведу его, потому что это все стремительно вырисовывается в рабочий план.
Никогда в моей голове не появлялось подобной мысли ни об одном другом городе. В моей голове просто не могла она появиться, потому что не могла - зачем проводить в другом городе больше недели? Зачем проводить вдали от Петербурга больше трех?
Это примерно так же удивительно, как обнаружить в своей голове мысль "А неплохо бы пару лет пожить здесь когда-нибудь годам к шестидесяти" в маленьком и древнем городе Харлеме однажды под звездами. Это примерно как знать, что Таллин - это твой специальный город, чтобы приезжать на два-три дни, выдыхать, читать книжки и пить кофе.

Но она сразу укладывается в голове, мимикрируя под окружение, как будто всегда здесь лежала. Что может быть логичнее, чем жить в моем благословенном и приезжать на месяц в году в Прагу - писать тексты и читать книжки.

Теперь мне кажется, что-то подобное может прийти мне в голову, когда я увижу Венецию. Или нет.
Я не знаю, что будет с этим планом дальше, но редко что-то так просто берет и возникает в моем миропонимании, как будто всегда там было.

Я поднимаюсь по извилистым садам и ем спелую, только что собранную вишню из горсти. Я пока не знаю, какими словами все рассказывать.
Я просто ем вишню.

02:32 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Здравствуйте, меня зовут Кэти и у меня закончились слова.

Я не знаю, как и что писать про Прагу.

У меня в рюкзаке три крупных павлиньих пера, персики и брауни.
Рядом со мной спят две персидских борзых и один кот.
Я прогуляла в общей сложности больше 20 километров.
Слушала отличных уличных музыкантов в девяти местах, одну репетицию органа в соборе и один концерт григорианского вокала в саду.
Прочитала больше двух десятков табличек в музее Кафки.
Город мгновенно исполнял мои самые внезапные мимолетные пожелания как минимум семь раз.
Вопреки всем прогнозам и здравому смыслу весь день было прохладно, а в самую жару - +19 с ветром.

Я не знаю, как писать про Прагу.
И я не сосчитаю, сколько раз мне хотелось заплакать, потому что все это невыносимо совершенно.

Это, знаете, как однажды в жарком 2010 году читать в автобусе через сестренкино плечо отрывок "Смиллы", а потом, через несколько лет взять и прочитать Хега целиком.
И обнаружить, что он настолько да, что куда вообще дальше. И настолько невообразимо больше, чем ты представлял в самых смелых желаниях.

Понятия не имею, как с этим всем жить.

00:55 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Ну хорошо, что сказать, вчера мы с Кайто нашли заброшенную советскую базу прямо на Воробьевых (если долго лезть через бурелом, здравствуйте, приключения) и смотрели поздним вечером с Полем и Энж на ступеньках, как мимо степенно проплывают баржи (почти как дома!), а сегодня прямо с самолета меня встречает чудная Полина и вот я правда, по-настоящему (до последнего, конечно, ни во что не веришь) во взаправдашней Праге.

На самом деле, бесценно, когда тебя в чужом городе принимают на руки прямо с самолета, мир сразу становится уютным и уже давно на самом деле обжитым, просто я пока еще этого не знаю. Это домой люблю возвращаться в одиночестве, Петербург сам по себе сразу укутывает и держит ладонь у затылка.

Я очень уставшая с самолета, но Полина во всем помогает и, перекусив, мы находим отличную кофейню с книжками, открытками, десятком сортов зерен, видом на деревья и очередные башенки, а еще - столиками из старой мебели, на которых нарисованы шахматные доски.
Нельзя удержаться от партии, никак нельзя.

А когда выходим к остановке, под ноги подруливает трамвай, которого здесь быть не должно, и везет меня ровно куда нужно, но немыслимыми кренделями показывая как можно больше старого города.

Через реку над собором святого Вита раскидывается закат.

Завтра - время ходить одной и слушать город.


02:16 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Начала писать вконтакт, но все-таки это про здесь

День имени "Это, что, можно летнее платьишко надеть?" и "А где комары?".


Под Москвой и правда чудный день, солнце и пионы, черешня и ежевика. А еще вино и шампанское с Виконтом, Джессом и Полем, а еще стоять босиком, спиной к прохладной бетонной стене, а над тобой солнце и яблоня. Дом обшит деревом, а вся эта концепция общей дачи на нескольких друзей (сразу конечно много знаковых историй богемы 20 века в голове) исполнена прелести и верности.

В моих вещах продолжают самозарождаться перья, в метро нахожу сцепленных коня и пешку, конь отправляется к Виконту.

Количество нежности внутри и требование ее отдавать так бескомпромиссно подступают к горлу, что конечно пора бы снова браться за конвертацию всего этого добра в тексты.

23:00 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Пой, девочка, пой, девочка Иштар,
Вся эта боль - не больше, чем дар
Вся эта боль тебе для любви,
Чтобы ты о ней пела


Хорошо, лето стремится к середине, что я скажу?

На концерте БГ меня совсем накрывает на "Песнях нелюбимых", я стою и рыдаю, как дурак, а потом всего через пару песен "Неизъяснимо" и серьезно, как вообще не рыдать. Слишком много боли, слишком много любви.

День рождения Сони и Рожки мы празднуем в Кронштадте на заливе, светящиеся гирлянды на деревьях, пледы и шашлыки, бесконечный закат, плавно переходящий в бесконечный рассвет, широкая лунная дорожка. Берег здесь до деталей, до ширины полос песка, голубоватой травы и цветущего шиповника похож на берег Балтики недалеко от Пириты, или на Аэгне, или еще во многих-многих местах моего моря. Волна набегает с шуршанием, по фарватеру идут огромные пассажирские лайнеры и сухогрузы (когда встанет солнце, они будут сиять ослепительно-белым), далеко рассекает кругами сумерки фонарь маяка. На изломе ночи я вылезаю из пальто, надеваю купальник и с разбегу окунаюсь в холодную, здесь еще почти пресную воду, плыву вперед, как всегда, пока не начнет сводить ноги.
Мое море всегда рядом.
Всегда внутри.

Я так и не научилась как-то укладывать мир в своем сердце, он такой невыносимо огромный, больной и прекрасный, моих сил совсем не хватает на то, чтобы как-то справляться с этой любовью и этим состраданием.
Я научилась делать что-то хорошее для людей вокруг и живу этим, да надеждой, что дальше будет получаться лучше.
Мои отношения с мирозданием ощущаются, как безусловное доверие - как будто оттолкнулся и падаешь спиной вперед через облака, раскинув руки, и вокруг только красота, и не сомневаешься, что тебя подхватит.
Господь - мой пастырь, и я ни в чем не буду нуждаться.

Я не знаю, как из поста, в котором вообще-то хотела рассказать отличную историю про то, как больше двух часов без перерыва убаюкивала чужую кошку в истерике, мерно рассказывала ей сказки и пела песни, получилось это вот.

Граница перед большой и важной поездкой - всегда как обрыв перед омутом, на котором замираешь - и волнительно, и сладко, и немного страшно. Никогда ведь не знаешь, кто на самом деле вернется вместо тебя.

На земле июль.

17:56 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Новый шенген в новом паспорте - и еще два года я могу приезжать в Таллин, чтобы выпить кофе в любимой кофейне, лежать на спине в высокой траве Суоменлины или ловить попутки на повороте к Порвоо, потому что вдруг захотелось.

Во вторник вылетаю в Прагу, хрустальный город легенд вокруг меня - уже десять лет мои родители и все друзья говорят, что это очень мой город и мне обязательно туда надо, но только сейчас я впервые ее увижу.
Сегодня вечером - куда-то в Москву, вероятно, на дачу к Виконту, потому что почему бы нет, раз все как-то само так сложилось.

Решительно разобралась с игровым расписанием - скрепя сердце отказалась от Стража и придумала, какие книжки почитать, чтобы получить свой кусочек Великой Войны (на этом месте должно быть спасибо дорогому другу Динке, которая помогла мне советом историка). Все еще есть небольшая вероятность, что я туда поеду, но она очень мала и обратное меня больше не расстраивает. Все снова встало в изящный баланс, встроившись во всю остальную жизнь.
Если бы не хс, который принес много бесполезной усталости и забрал много драгоценного времени, эта перекошенность вылезла бы, наверное, в лучшем случае к Антропографии, в худшем - к Стражу. Так что вообще-то все славно вышло.

Из моментов волшебства - согласившись ехать к Виконту и купив билет в Прагу из Москвы я пожалела только об одном - что не успела погулять с Динкой. И через полчаса она вдруг позвонила и позвала пить вино в компании Мурзика и Кендера с сестрой.
Моей социальности все равно не хватило бы на слишком людный день рождения Сойера, так что камерно сидели до утра на кухне с гитарой (Клэптон, Болдырева и Маргулис), говорили обо всем, о ри и о музыке, пока за окном стремительно светало, и было хорошо и верно.

Ощущение, как будто давно не собиравшийся паззл, наконец, сложился.

13:45 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Я не готова на сколь-нибудь связный пост, хотя волшебный концерт БГ, заныривать в Борхеса каждый раз как в первый, немного Александро-Невской лавры и много работы с деревом (не могу дождаться уже сентября наконец), о чем можно было бы, но хочу поговорить все равно.
Обрывочно и бессвязно про новости, исторические книжки, дачу и ри.

Вот, например, пока меня не было в городе, у Троицкого моста нашли четырехмесячную нерпу и выпустили в Финский залив. В то же время уже месяц не читаю "советских газет" и фейсбуков и бесконечно этому рада - нужное или ключевое все равно найдет меня самостоятельно - вот нерпа или господи прости, цирк с конями и твиттером.

Брать у историка книжку про Николая I в качестве чтива в поезде оказалось критической ошибкой, потому что книжку я неожиданно проглотила в два приема и теперь дайте еще пожалуйста, это же такой космос.
Всегда с некоторым ужасом относилась к истории, потому что, с одной стороны, неисчерпаемая и необозримая бездна бесконечности, с другой - как дилетант я не имею достаточного инструментария, чтобы хоть как-то выгребать из бездны текстов про бездну жизней наименее тронутые искажениями и пропагандой.

Время на даче дает мне самое важное - предельную концентрацию. с одной стороны, из минимума отвлекающих факторов, с другой, из привычки к образу мысли в привязке к месту. Уже много лет я приезжаю туда, как в личный монастырь - остановиться, осмыслить, дышать.

Ролевые игры очень дробят мое время и, объективно, скорее вредны в таком количестве (не говоря уже о тратах, которые за этот сезон сложились бы в хороший горный конный поход, например) но, боже мой, так невыносимо люблю играть, что ничего не могу с собой сделать. Пытаюсь найти в себе силы вот взять и не заявиться на Великую войну (потому что правда перегруз, потому что есть много другого прекрасного мира и хватит, просто хватит), но иудеи против римлян, вера и война, повстанцы и философия, радикалы и сопротивление, разговор о важном и вневременном и вот это все - ну как вообще. И ведь ни с чем даже не пересекается (Если честно, я бы, пожалуй, променяла не глядя на одну Великую войну и Маховик, и Антропографию, но а - кто ж знал б - никогда не снимаюсь с игр как ответственный котик).

В моем телефоне уже какое-то время новая карточка, и я до сих пор не закинула на нее ничего, кроме почти полных дискографий Аквариума и Баха. Вернее, "Страстей по Матфею", а бонусом - всего остального.
На самом деле иллюстрация всего, конечно.

00:33 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Здравствуй, друг.

Мы по-прежнему живем в доме, чьи окна выходят на крыши центра, закаты и фейерверки с Петропавловки.

Вот уже месяц как я уволилась. Вокруг множество прекрасных людей, книг, игр и всякого прочего и, конечно, это становится уже невыносимым. Месяц - потолок времени, которое я могу провести без работы. Вернее, без чего-то крупного и важного, дел-то всегда хватает.

Сегодня на пути от метро к дому набрела на фестиваль Достоевского - что-то происходило в библиотеке, для людей были организованы разнообразные тематические развлечения (довольно недурно, кстати), а во дворике актеры "Особняка" читали отрывки из произведений. Хорошо читали, но больше всех мне запомнилась местная не очень трезвая бездомная, присевшая на стульчик с краю. В какой-то момент она, осмелев, попросила воздушный шарик у актрисы, которая с ними ходила и раздавала. Долго радостно с ним сидела, а потом отпустила в небо. Такого беспримесного, детского счастья, как на ее лице, пока она провожала его взглядом, я давно ни у кого не видела.

обвма кусок
А еще у нас все еще цветет сирень.
А все это мое внутреннее колебание, в последние месяцы перешедшее из фоновой мечты в осязаемую потребность, рано или поздно чем-то разрешится. Так или иначе.

Иногда мне кажется, что я уже готова смириться с тем, что мой бесконечный поиск собственного места на этой земле так и останется только бесконечным поиском.

Береги себя,
Твоя ветер.

14:05 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Хохо, у меня есть суперпафосная фотография с охоты!)



А еще новенький загранник, и, надеюсь, к концу недели будет не менее новенькая виза.
По итогам последних игр вот еще что - мне все еще трудно и очень нервно играть красивые сцены перед большим количеством игроков. Трудно было играть турнир перед зрительным залом. Трудно было играть видения перед всем лагерем. До десятка участников - уже вообще ок, как рыба в воде, несколько десятков - прям через внутренний барьер поначалу. Да и вообще получается не так огненно, как было бы при меньшем количестве людей. Хотя казалось бы, большую часть жизни на сцене.
Надо тренироваться, чо)

Поговорите со мной о джазовых клубах, кстати. Шляпа и Терминал стали уж слишком популярны (последний раз на джеме в Шляпе мне пришлось выйти по стеночке через минут десять, чтобы не потерять сознание от духоты). Хендрикс, Грибоедова, 7, JFC, Красный лис, что там у нас еще хорошего? Где танцуют?

Позасматривалась на расписание джазовой филармонии, но эй, джаз надо слушать в барах, это же всем известно!

12:47 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Из бриллиантов души моей, еще с начала месяца.

Идешь вот пешком через центр и встречаешь подряд троих знакомых, третий - Сашка Когтев с высоченным деревянным жирафом в руках, который тут же ведет меня в свежезародившееся арт-пространство со студиями звукозаписи и этим всем - вроде Пушкинской, 10. Площадь Сахарова и прямо рядом с Университетом, но если бы меня не привели сюда за руку, никогда бы не нашла.
Ощущенчески до боли знакомая обстановка, дух не лофта, но питерского андеграунда, заспанный звуковик, который открывает нам дверь, лица, которые кажутся знакомыми, хотя скорее нет, чем да, деревянный потолок исторического здания. Мы говорим о технике и новом искусстве, и мне бы, конечно, давно пора по делам, но некоторые моменты стоят того, чтобы ненадолго замереть.

Или другое - всегда сложно возвращаться из других регионов с хороших игр с хорошими людьми. Потому что конечно же жаль оставлять всех этих чудесных так далеко - как так-то, кто все это придумал?

Но вот приезжаю, например, с "Охоты на Мессию", где играли чудной командой с Полем, Ри и Виконтом, там же и Женя, и Джесс, и Оками, а еще другие отличные ребята, с которыми познакомилась уже на игре.
Приезжаю, и в первый свободный день прихожу к Соне с Аланкуном. Тут же засыпаю на кушетке (примерно на фразе "нет, я не хочу спать, я хочу общаться), а когда просыпаюсь часа через два, Аланкун оборачивается и объявляет "Вот, а теперь будет песня для Кэти", берет гитару и играет "Путь на восток", мою любимую с последнего альбома Сплина. И дальше, Арефьеву и Ундервуд, и всякое славное из 2007го. "Видишь, как просто сделать человека счастливым". "Перестать его стебать на минуту?". Соня варит кофе, в верфи садится солнце и я думаю, что все это по-прежнему мой маяк.

Или как приезжаю с последнего Дурмстранга, где (в Екате, не на игре) еще и познакомилась лично с несколькими прекрасными, кого любила раньше только заочно, вся эта невыносимо чудесная и удивительно компактная тусовочка - очень грустно оставлять все это за несколько тысяч километров. А потом с кухни Оленьки прихожу на день рождения Сайлинсера - а там Академка полным составом, Саша и Динка, Петр и другие славные и любимые, мы поем Зимовье зверей, Джо Кокера, Адриана и Александра и многое другое, бесконечно шутим. Смотришь на всех вокруг и отпускает - смотри-ка, и тут все отлично, все как положено.

Тот, кто идёт в тайге – то гребец, то лыжник,
Если идут гуртом – не бывает лишних,
Жизнь научила всех не давить на ближних.



15:07 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
На самом деле я тоже готова вот про это "написать про то, про что обычно не пишу", тем более, что в обозрение здешних мест попадает довольно крошечная часть моей жизни. И тем более, что пока я лежу с ангиной.

Вообще же меня последнее время так удручает отсутствие точности и изящности изложения, что почти перестала писать (наверное, заметно).

Гости в мой дом без всяких вопросов приходят если с алкоголем - то только с сухим или полусухим красным. И это хорошо.
(Здесь конечно место для многих постов про города, игры, книги, кино и людей, но что-то нет).

Итак, изначальная формулировка.
У каждого есть темы, о которых он пишет в своём дневнике, и есть такие, о которых он не говорит.
Предложите мне написать о чём-нибудь, о чём я, как правило, молчу. И я, наверное, сделаю это.

01:04 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Вернулась с охоты, что хочу сказать в двух словах.

Играть с ангиной в лесу в дождь, причем персонажа, который поет псалмы - unlocked.
Ехать на джипе со Славиком за рулем по бездорожью под отличный металл - огонь.
Отличный кастинг техов и игроков - бесценно.
Персонаж - мечта.

Теперь отсыпаться, пить теплое, держать ноги в сухом, переваривать впечатления, читать книжки.
Впервые дозрела до мысли, что хочу поездить игротехом на некоторые игры к некоторым мастерам.
Иногда чувствовала себя маленьким несокрушимым танком. То есть не просто как обычно, а несомненно будучи только проводником воли Божией. Бесценно. Лес и выходы, как и положено, были жуткими, видения - уместными, игроки - прекрасными, как тысяча рассветов.
Великая ведьма, за которой охотилась лично Эльза, осталась в живых, но теперь загнать ее будет только делом времени. В Ватикан, как мне рассказал Саша после окончания, папским агентом отправлено письмо с просьбой присмотреться к Эльзе на предмет признания ее святой. Персонаж - действительно мечта, хочу еще когда-нибудь потом вывезти куда-нибудь ее аналог. Меч на кресте, зло должно быть сожжено, ангел в недостроенном Кельнском соборе, вот это все.
Удивительным образом умудрилась опять не умереть, хотя как вообще.
Привезла люпинов, часть библиотеки и огромную любовь в сердце.

00:20 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Еще немного про РИ и не только .

Я наверняка все же еще напишу отчет с хс (потому что история обретает окончательную ценность именно текстом), но пока все помыслы устремлены в завтрашний вечер, условную средневековую Германию и охоту на ведьм.

Вообще не представляю, как потянула бы сейчас сразу любую игру, кроме этой. Ничего так не ждала в этом сезоне, как "Охоту".
Практически дрим-роль: Эльза Вайс, помесь Жанны Д'Арк и сбежавшей принцессы из "Обыкновенного чуда", ясновидица, слышашая голос ангела, который ведет ее, чтобы обнажать меч на дьявольское отродье и творить чудеса. В ее истории конечно же есть Кельнский собор, искушение ведьмой и рука ангела, которая удержала на краю пропасти. Ее история - конечно же про бросить все ради огня Господня.

"Охота на Мессию" и "Охота на ведьм" здесь сплетаются в чудесный дуализм про те самые два пути - славить свет или сражаться с тьмой. Крест на запястье уже обратился в меч, иного пути нет и не будет, Господи, возьми меня орудием своим.

И я сама, конечно, умею в обе стороны, но моим любимым религиозным символом всегда был испанский меч на кресте.
Конечно, еще немного волнуюсь не справиться, но меня уже так захлестывает Эльзой Вайс, что никаких путей назад и только вперед.

Знаю, можно шутя упасть, выпить яд из хмельного кубка,
Знаю, как истощает страсть, как любовь способна лишить рассудка.
Знаю, как, подойдя к черте, осадить коней на крутом откосе,
Но владыку моих путей знает только тот, кто рожден под Осью.


___________________

22 июня, на Малой Садовой перешучиваются молодые ребята в военно-исторической форме.
Кажется, этот день тоже поразительным образом переползает в вереницу праздников.

Мне нечего сказать. Я второе поколение, внучка чудом выживших среди многих и многих погибших, но я все еще слишком во многом ребенок этой войны и блокады Ленинграда. С этим ничего не сделать.

00:36 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
В общем, я вернулась домой, через три дня у меня стремительно "Охота на ведьм" и я что-то пытаюсь с этим сделать.

По поводу поездки на хс испытываю сложносочиненные эмоции.
То есть, с одной стороны, очень здорово было выручить друзей и поиграть с ними, взаимодействие с Эржбеттой - сплошная любовь и непрекращающаяся ультимная легилименция, лекции Северуса были отличные, а Огдена - по меньшей мере очень любопытные, выполнить задание мастера Смерти было задорно и важно мировоззренчески, внезапно бесконечна любовь и ненависть к мастеру Гофману, Дурмстранг выиграл кубок, а моя Бьянка по личному зачету заняла второе место и первое среди наших, ну и разница в менталитетах была конечно огненная. И это был отчетливо важный кусок пути для Бьянки.

С другой, мне как не особо нравилось то, что я слышала про ХС, так и не слишком понравилось, когда я увидела это относительно изнутри (хотя конечно сказывалась диспозиция изначального отторжения нашей делегации). Опять же, все это не моя игра при всем огромном уважении к мг. И очень, очень длинная. Мне было бы ок обрезать ее на пару дней, если честно. Но в целом я получила примерно то, что ожидала.

В сухом остатке - бесконечное количество любви к нашему Дурмстрангу как к мг, миру и игре и лично к моим дорогим друзьям. Моря и океаны любви и благодарности и давайте же следующий семестр мне сюда.

Если бы я выбирала с этим послезнанием второй раз, ехать или не ехать, то при аналогичных обстоятельствах конечно поехала бы (смотри предыдущий абзац), но если бы была возможность послать кого-нибудь вместо меня - с удовольствием отказалась бы.

Но и это - отличный опыт)

02:07 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
по- прежнему не понимаю, зачем еду на хс, но хорошие мои окутывают меня такой любовью со всех сторон, что невозможно не сдаться)

Благоприятные приметы для охоты на какомицли

главная