Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
12:38 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Хехей, нам не пришло с утра второго предупреждения, значит, нас всех сейчас не закроют)
И это хорошо.

В редакции нам с Наташей предлагают дать орден за мимимишность и экстремизм. И, чуется мне, шутки про "посадят" не исчерпают себя еще нескоро).

С добрым утром)

02:48 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Рос пишет мне открытку, которая объясняет все лучше, чем мой многострок. Тем не менее, мне надо его написать. Здесь и далее - только о "я", но мне не нравится это местоимение в таких постах.

здравствуйте, я херни кусок

13:37 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
А, ну я на всякий случай поясню, что это пока не сильно критично и у нас есть 10 дней на то, чтобы что-то сделать с материалом, вот если мы ничего не сделаем, тогда это статья.
Правда, после второго предупреждения у нас могут отозвать лицензию)

11:47 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Получили предупреждение от Роскомнадзора, уже полчаса не можем проржаться и перестать про это шутить.
Артем обещает носить футболку с надписью "Я - Кэти", когда меня посадят)
Замечу, что предупреждение пришло почему-то за новость про электронную версию нового номера Charlie, которую выпускающие переставили с РИА. Через десять дней после того, как ее опубликовали и все уже про все забыли.
Логика непостижима сия.


РБК тоже получили. И еще три издания. Мы в хорошей компании)

С добрым утром)

02:47 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Две гитары, воздух вибрирует звуком, я прислоняюсь спиной к стене и чувствую эту стену лопатками, и восемь этажей вниз, и город, раскинувшийся к югу, и людей в домах и на улицах, трамваи, дома, скамейки, фантики от мороженого, прошлогодние листья под снегом, и огромную Землю под нами, которая несется с бешеной скоростью в космосе, и материки, океаны и острова, женщину, которая стирает белье в Ганге, пестрого мальчика-носильщика в Гватемале, американского служащего, спешащего с перерыва, новозеландского рабочего с потрескавшимися руками...
Я сижу, прислонившись лопатками к стене, сквозь меня проходит звук и вся планета, и я люблю этот мир до дрожи, и он весь несется подо мной, вместе со мной, в нашем крошечном закуточке космоса, упрямо и неостановимо.

Я не знаю, как жить здесь, я не знаю, как обращаться с людьми, которых люблю, я не знаю, как быть с этим городом и миром, которые лежат под сердцем. Я могу только взять все в ладони и бережно задержать дыхание.
И бесконечно восхищаться.

02:08 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Вот Рос хорошо пишет о смерти и бессмертии, а я вспоминаю, как шла в снежную метель одна по пустынному Тракаю и думала, что самый огромный, самый бесконечный дар, который мне был дан - возможность почувствовать собственную смерть и вернуться.
И дальше жить на ее ладони.

Добрых снов, друзья мои.
Берегите друг друга.

00:28 

Псков

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Резные наличники и белые церкви, бесконечная мешанина с советским прошлым, страной-которой-нет, объявления от руки "козье молоко, развозка по адресам".
Еще один кусочек такой чужой мне страны, сколько бы я ни вглядывалась и ни вслушивалась. Страны, к которой мой благословенный североглазый город имеет очень посредственное отношение - и я тоже.
Растерянной страны, дважы терявшей свое собственное прошлое. Страны, которую я так до боли хотела бы назвать своей, но каждый раз понимаю, что совершенно бессильна в этом, находясь по другую сторону мировоззренчески-пространственно-временного разлома между ней и Петербургом.
Впрочем, я уже достаточно писала об этом как минимум в контексте Москвы.
В Европе и тем более в Скандинавии я чувствую себя - чувствовала бы себя - своей и дома, если бы не языковой - не барьер, но моя ментальность, которая построена на русском языке. И невозможность овладеть чужим языком в том же совершенстве, что и своим. Невозможность почувствовать его, как свой.
Так и остается, что нет другой родины, кроме города, да всего мира целиком.


Cкачать ДДТ Питер бесплатно на pleer.com

Он дышал, как река подо льдом,
Он молчал, как следы на песке.
На камнях, под холодным дождем,
Он темнел, как дыра на виске.

Он смотрел на замерзший залив,
Он людьми одевал берега.
Наблюдал, как в плену перспектив,
Подыхая, кричала тайга...

Через три сотни лет носит дым cкифской вазою вещую тень.
Я бреду по гнилым мостовым, белой ночью - оборотень.

Мимо павших и бывших живых, замурованных в склепы дворов.
У распятых в подъездах волхвов, я шепчу языками немых.

Разбивались глаза о проспект, в коммуналках тонули тела.
Неопознанный сбили объект, я живой, да в чем мать родила.

Не рубите на хлев корабли, не торгуйте крестами на веc.
Эти камни грешней всей земли, это небо больней всех небес

Разорви тело мое,
Собери веру на час.
У зари разгони воронье,
Сохрани этот город для нас.

21:52 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
При всем глубочайшем уважении, исключительно личное восприятие, все дела.
О том, почему православные храмы я, как правило, люблю только снаружи.

Я плохо переношу запаха ладана - из-за в принципе плохой переносимости ярких запахов. Мне неуютно, когда вокруг столько икон, столько ликов, как будто в толпе людей, я не понимаю, зачем это, когда оно только рассредотачивает и рассеивает. Я не люблю золото, мне вообще не кажется оно красивым, разве что на куполах, да и только. Мой свет - это не золото, мой свет - это дерево. Мне неуютно из-за дисгармоничного и несбалансированного пространства большинства православных церквей. Потому что надо быть даже не семи, а десяти пядей во лбу, чтобы создать гармоничное и целостное пространство, следуя всем надлежащим церковным канонам, . Потому что одна только ужасно утяжеленная и перевешивающая все алтарная часть с чином и всем причитающимся, неизбежно заваливает весь интерьер. С этим могут справиться разве что фрески - сбрасывая лишние тяжелые оклады и вписываясь в архитектуру линий, это, пожалуй, единственный пример на моей памяти, когда во внутрихрамовом пространстве можно сделать хорошо. Фрески и дерево.
До частностей - как мне режет по глазам традиция изображать святых с книгами и свитками в руках, как они держатся за эти груды слов, как будто они действительно важнее всего. (здесь я понимаю, что это категорически неправильное прочтение символики, но ничего не могу с этим поделать)
Здесь мне мешает все, рассредотачивает, даже в скромных часовенках все напоминает ребенка, разодетого до нелепости пышно, так что становится неловко.
В моем понимании, храм - это такое специальное место, которое призвано сделать тебе максимально удобно для того, чтобы ты встретился со светом. Лучшие храмы просто сталкивают тебя в него, не спрашивая.
Поэтому я, всегда стараясь держаться по возможности подальше от института церкви, подняла голову на католичество. Потому что готический храм, под сводами которого звучит месса, опрокидывает тебя в реку света с головой. И ты только и можешь, что дать себя нести ей и плакать от красоты.

01:10 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Дописав текст по работе, я выхожу на поверхность из темного Килфиша.
На Псков падает снег, так медленно, что словно бы висит в воздухе неподвижно.

Муратов цитирует хорошего Волошина.
«А я стою один меж них
В ревущем пламени и дыме
И всеми силами своими
Молюсь за тех и за других».

Вечером Псков стоит пустой и тихий. Старая крепостная стена в деревьях и белоликие церкви, такие теплые, что хочется их обнять. Впрочем, пока я ехала в автобусе, мне хотелось выйти в окно и обнимать заснеженные ели, что уж.

Снег все падает и падает на пустой город, и кажется, что так было всегда и будет всегда, потому что время совсем остановилось.

На самом деле, никаких слов у меня вообще нет.
Такие дела.


Cкачать Сплин Пусть играет музыка бесплатно на pleer.com

13:31 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Кстати да.
Я благополучно потеряла все-таки телефон, поэтому есть вопрос. Ни у кого лишнего не найдется? А то я уже все свои запасные раздала)

12:03 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Окей, у меня есть отличные истории про то, как мы ехали в район Сосново на такси, ныряли в ПРОРУБЬ, ездили вдвоем на трех лыжах и чудом не упали с подъемника.
Еще я испробовала очередной отличный способ сломать себе шею научилась кататься на горных лыжах и к концу дня носилась по склону с совершенно неприличной для новичка скоростью.
Вероятно, я об этом расскажу, а пока сообщаю, что после всего этого мы почему-то живы и здоровы.
С добрым утром.

- Вот ты помнишь Астерикса и Обеликса?
- Ну.
- Там Обеликс в детстве в чан упал. Вот и ты, видимо так же.
- А когда-то ты говорил, что я слишком адекватная.
- Чтоооооооо? Я был пьян. Я по-любому был пьян.

Здесь-
Там
Бьют шаманы в барабан,
Там-
Здесь
Все сойдется,будет ядерная смесь,
Здесь все фильмы задом наперед,
Здесь весною не цветет пейот,
Здесь никто веселых песен не поет -

Далеко домой,
Далеко домой...

Да-
Нет
Ты все узнаешь из газет,
Нет-
Да
Из газет ты не узнаешь никогда,
Что со мною нет проводника,
До нирваны ровно пол-глотка,
И мне некому сказать:"Привет"
И некому сказать:"Пока" -

Далеко домой,
Далеко домой...




20:40 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Испытываю необходимость сообщить, что мои коллеги - ебанутые дебилы.

Люблю их, как вы можете догадаться

14:18 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Едем на биатлон прекрасной компанией: Сережа, Артем, Надя и я. Из нас на лыжах умеет кататься только Надя, а оружие в руках по делу держала только я.
Отличная у нас команда, скажу я вам)

11:44 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
С добрым утром)
19.01.2015 в 03:35
Пишет сандал.:

Гусев говорит на одной из лекций, что фраза "я не понимаю" - это обозначение границы. "Я не понимаю" - это всегда "я не могу понять". Это может быть действительная граница возможности понимания - я не понимаю нюансы теории множеств просто потому что мне не хватает базовых знаний для этого. Но - гораздо чаще - "я не понимаю" означает "я не хочу это понимать". Я выставляю границу, я показываю, что то, что дальше, мне не интересно, не нужно, пугает меня, фрустрирует, что угодно - я могу ставить эту границу бессознательно тоже - и я не выхожу за нее.
(Это очень крутая штука, если над ней немного подумать)

URL записи

04:02 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Сегодня я сижу дома, читаю Хёга, лечусь и пью антибиотики, потому что сестра с братом сказали, свечи тают не спеша, крылья ангела становятся все тоньше и тоньше.

С утра приходит Полиночка, сонная и легкая, приносит лекарства, проговариваем важное. Ко мне возвращаются "Дети, смотрители слонов", к Полине уходит советская энциклопедия фототехники и Кант.
Днем звонит Рос: "Я поделиться. Перебираю открытки, вижу одну очень прекрасную, думаю, надо ее Кэти подарить, переворачиваю - а там твой почерк".
Вечером приходит Сонечка, притаскивает дыню и банку меда, смотрим с родителями серию Доктора. Пьем апельсиновый улун и говорим важное. Отдаю часть вещей, которые вроде и любимые, но не мои какие-то.

Это самое удивительное - когда люди, которые очень хорошо знают, что я ебанутая на всю голову совершенно, принимают это как данность и позволяют быть. Это то, чему я каждый раз удивляюсь, как в первый, и за что каждый раз благодарна, как в первый. Что я не перестаю бесконечно ценить, сколько бы лет ни прошло.

Завтра будем смотреть Миядзаки.
Или нет.
Зима в городе.

19:38 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
"Во время первой конференции народов, живущих в приполярных областях, мы обнаружили, что все эти народы имеют общее Сказание о Вороне — арктический миф о сотворении мира. В нем рассказывается о вороне.
"Однако он тоже начинал в облике человека, и он двигался ощупью во тьме, и деяния его были случайными, пока ему не открылось, кто он был и что ему надо делать”.
Понимание того, что тебе надо делать. Может быть, это то, что мне дал Исайя. Что может дать каждый ребенок. Ощущение смысла. Ощущение того, что через меня и далее через него катится колесо — мощное, неустойчивое и, вместе с тем, необходимое движение.

Это оно оказалось прерванным. Тело Исайи на снегу — это разрыв. Пока он был жив, он давал всему основание и смысл. И, как всегда бывает, я поняла, сколько он значил, только когда его не стало.
Теперь смысл заключается в том, чтобы понять, почему он умер. Проникнуть внутрь, бросить свет на ту чрезвычайно малую и всеобъемлющую деталь, которой является его смерть
."

Питер Хёг, "Смилла и ее чувство снега"

02:16 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
На самом деле при всем этом рабочая неделя закончилась на подъеме - мы, наконец, поставили новый топ, Миша похвалил меня за текст О____о (ну, с одной стороны очевидно, мотивирована эта похвала была то ли сочувствием, то ли благодарностью кашляющей всю неделю и не жалующейся мне, но с другой - Миша не стал бы говорить то, чего уж совсем нет, хотя последние мои тексты хромают на обе лапы, нельзя писать прилично, когда у тебя температура), Олег подарил и повязал мне на руку фенечку цветов украинского флага, а потом благополучно закусывали украинскую горилку украинским салом.

На этом событийное заканчивается, я от всей души желаю вам отличных выходных, и дальше можно благополучно не читать куски моего охуительно важного мнения).

Про чувство вины

Про свободу быть в неизвестности

Про мотивы

18:22 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
На самом деле у меня ангина с воскресенья, но я не могу отлежаться, потому что второго корреспондента мне все еще не нашли. Меня спасает чай с малиновым вареньем, который я поглощаю в промышленных количествах и дурная привычка болеть на ногах. Правда, во второй половине дня все равно поднимается температура и я становлюсь довольно малоэффективной, но что поделать.
Наташа тоже болеет и тоже, естественно, работает, к пятнице по этому поводу количество цинизма в наших шутках возросло до того, что Надя упорно называет нас «уголком пессимизма».
Делает ситуацию чуть более irritating - мало того, что из-за температуры я пишу медленнее и нескладнее, пришлось потратить кучу времени на выяснение штуки, которой так и не удалось выяснить, и к тому же меня с большим текстом периодически перебивают всякими небольшими, в итоге у нас три (три! я даже не помню, было ли когда такое) дня подряд висит один и тот же топ, кстати говоря, весьма унылый. Тот топ, который простоял у нас всего пол-понедельника, был веселее.
А еще, кстати, нам угрожают по поводу публикаций о Charlie Hebdo. Вполне себе конкретно угрожают.

Anyway, в понедельник вечером мы с Сережей и Артемом поедем на турбазу играть в биатлон с журналистами. И вернемся только в среду.
И это хорошо.

12:23 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Сережа присылает мне ссылку на тему для новости, в ссылке фигурирует обнаженная девушка.
- Сережа, почему ты присылаешь мне голых женщин, - вопрошаю я.
- Сережа, почему ты не присылаешь мне голых женщин, - возмущается Артем.
- Ребята, вам всем надо меньше находиться в редакции - резюмирует Наташа.

Хорошего дня, что ли)

01:08 

Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
Все разговоры о принятии мира, на самом деле, попадают в лингвистическую ловушку.
Слова, как обычно, никогда ничего не объясняют.

Все это всегда идет через мощное сопротивление. Сопротивление без отторжения, но сопротивление. Инерции, которая течет вокруг тебя. Инерции и лени - лени действия, духа, мысли и чувства. В мире, который стремительно разучается трудиться.

Мне бы хотелось закрыть эту запись во избежание превратного толкования, но, пожалуй, я не буду этого делать. Я просто напомню, что я принимаю каждую модель отношений с действительностью - каждую. Принимаю, понимаю и люблю. Но это не значит, что у меня нет своей, котороая верна для меня и только для меня и критерии которой мне не придет в голову применять к другим людям. Я напомню это и буду надеяться, что вы меня услышали.

Так вот. Запредельный уровень комфорта, в котором мы живем, порождает фантастическую ленность. Можно купить полуфабрикаты и готовую еду, одежду постирает стиральная машина, пыль уберет пылесос, лестницу и дороги почистят специальные люди. Можно заплатить, чтобы тебе починили и сделали что угодно. Вода течет из крана, огонь или свет зажигаются нажатием на кнопку, тепло дают батареи, кровля на крышах и штукатурка на стенах - не наша забота. Мы тепличные. Мы платим за комфорт и мы получаем его.
О, безусловно, это освобождает нам прорву времени. Мы можем учиться, отдыхать, заниматься любимыми вещами, путешествовать, делать крутые штуки.
Все так.
Но я знаю только нескольких людей, которые действительно используют всю ту энергию, которая освобождается. Нескольких. Пальцев рук будет много. И нет, я к этим людям не принадлежу, во всяком случае, сейчас.

Ленность - это привычка. Ленность действия, духа, мысли и чувства.
Я с ужасом вспоминаю время, когда я носила на руке гипс до плеча такой тяжести, что с трудом передвигалась с ним. Я почти ничего не делала. Тогда за два месяца я превратилась в неповоротливый, бессильный, быстро устающий и теряющий ко всему интерес камня кусок.

Можно жить в квартире и не знать, как починить ручку двери, проводку, кран на кухне.
Мы отдалены от осязаемого мира километрами пустоты. Мы пытаемся постигать его умозрительно, а это так не работает. Впрочем, здесь, выше и далее вместо "мы" читать "я" - смотри третий абзац.
Пустота, которой окружает меня заботливый "передовой" мир, которая называется комфортом, она благополоучно выжирает все, до чего дотягивается.
Любимое слово "прокрастинация" - стоит немного вдуматься в то, что она обозначает, как ужасаешься дикой, нелепой абсурдности.

Я сейчас смешиваю в кучу как минимум три разные темы. Это все еще слишком сложно, чтобы я могла выразить свои мысли так, чтобы их понял кто-то кроме меня. То есть, я все еще так плохо обращаюсь с языком.

Но у меня есть немного не моих слов, которые передают часть того, что я хочу сказать, яснее и четче.

Мне всегда нравилось делать уборку. Хоть в школе нам и пытались привить лень.
В деревне первые полгода нас учила жена одного из охотников. Однажды летом приехали, чтобы забрать меня в город, два человека из интерната. Это были датский священник и западно-гренландский катехет. Они раздавали указания, не глядя на наши лица. Они называли нас avanersuarmiut — люди с севера.
Мориц заставил меня уехать. Интернат находился в Кваанааке, в самом городе. Я провела там пять месяцев, прежде чем мой боевой дух окреп достаточно для того, чтобы я смогла оказать сопротивление.
В интернате нам всякий раз подавали готовую еду. Мы принимали горячий душ каждый день, и нам через день давали чистую одежду. В деревне же мы мылись раз в неделю, и еще реже — на охоте или в поездках. Каждый день с глетчера на скалах я приносила домой в мешках kangirluarhuq — большие глыбы пресноводного льда — и растапливала их на плите. В интернате просто открывали кран. Когда наступили каникулы, все ученики и учителя отправились на Херберт Айлэнд в гости к охотникам, и в первый раз за долгое время мы ели вареное тюленье мясо с чаем. Там я и ощутила беспомощность. Не только свою — беспомощность всех остальных. Мы больше не могли собраться с силами, уже не казалось естественным протянуть руку за водой, хозяйственным мылом и коробочкой неогена и начать тереть шкуры. Было непривычно стирать белье, невозможно взяться за приготовление еды. Во время каждого перерыва мы впадали в мечтательное ожидание, пребывая в котором мы надеялись, что кто-нибудь подхватит, сменит нас, освободит нас от наших обязанностей и сделает то, что надлежало сделать нам самим.
Когда я поняла, куда идет дело, я впервые поступила наперекор Морицу и вернулась. Одновременно я вернулась к возможности получать относительное удовлетворение от работы.
<...> Тем, кто прошел через интернаты жизни, подобные моим, понятно, что когда для тебя самого и твоих внутренних чувств есть всего лишь несколько кубических метров, то в этом личном помещении должны соблюдаться самые жесткие правила, если хочешь противостоять безнадежности, распаду и разрушению, которые исходят от окружающего мира.

Питер Хёг, "Смилла и ее чувство снега"

@темы: стиль жизни, VII свое - чужое

Благоприятные приметы для охоты на какомицли

главная