сирокко и вереск
Inside and Up | Умирая, сжимал в руке самое дорогое: флейту и запас дров
"Здесь, у нас, деньги не имеют значения, - говорит Ренат. - Никакого, вообще, понимаешь? Важно только отношение. Сегодня он помог тебе, а завтра ты поможешь ему". Потому что здесь, в горах, эта вернувшаяся помощь однажды может стоить им жизни - в прямом смысле.

Алтайцы-охотники стары, как их рассыпающиеся горы, сколько бы им ни было. Алтайцы-охотники очень правильны. Просто потому что здесь это - единственный алгоритм выживания.

Они стреляют без промаха на километры из винтовок Второй мировой, не любят говорить о своих духах и не беспокоятся по пустякам. Они учат думать сначала о всех, потом о себе. И кидают сигареты в костер в память о погибших.

Они прошли чужие войны, кто постарше - Афганистан, кто помладше - Чечню. Они не стреляют в зверя, который приходит сам. Они не любят нахлебников. Они не любят, когда кто-то не отвечает за свое слово. Они не любят пустые идеи. Они не любят города.

Они выросли в горах и хотят в них умереть.

Каждый из них понимает больше, чем подавляющее большинство изнеженных и торопливых городских жителей.
Их взгляд на мир многожды проверен смертью. Они не добрые. Они больше - они настоящие.